Таней Никулиной разбираемся, чем нам так нравятся городские легенды и как они появляются. И, естественно, рассказываем парочку из них.

В книге «Опасные советские вещи» городские легенды определяются как «фактически ложные, но правдоподобные для рассказчика истории». В этом их отличие от обычных страшилок: «гроб на колёсиках» на улице мы не увидим (не хотелось бы), а вот чёрную машину можем.

Чаще всего такие байки передают от друзей друзьям. Люди доверяют близким, поэтому воспринимают историю как правдивую. Однако дойти до её реального источника почти невозможно, ведь она случилась с другом твоего друга.

Медиа активно размышляют и переосмысляют истории эпохи Советского Союза и начала нулевых. Ведущие подкаста «Истина где-то рядом» студии «Терменвокс» обсуждают пришельцев, теории заговоров и всё, что выглядит необычным, но оказывается рационально объяснимым. Вот что говорит продюсер проекта Таня Никулина о причинах возникновения городских легенд:

Как появляются городские легенды

«За время работы над несколькими сезонами подкаста „Истина где-то рядом“ у меня сформировалось мнение, что легенды — это своего рода мемы. Они содержат в себе культурный код времени, пересматривают и высмеивают какие-то смыслы, драматизируют то, что происходило с людьми в тот или иной период. Сейчас легенды появляются реже, потому что мы стали менее восприимчивы, а обсудить всё можно быстрее в комментариях в интернете».

Лаврентий Берия — советский политик и один из руководителей органов госбезопасности при Иосифе Сталине. Он курировал репрессивный аппарат в последние годы сталинского правления и участвовал в реализации масштабных государственных проектов. После смерти Сталина был арестован и расстрелян в 1953 году.

Народный комиссар — глава наркомата (народного комиссариата) в Советском государстве (РСФСР, СССР) в 1917–1946 годах. Наркомы были членами правительства (Совета народных комиссаров) и руководили отраслями народного хозяйства или государственного управления. В 1946 году наркоматы были переименованы в министерства.

Всероссийская чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и саботажем — созданный в 1917 году первый советский орган государственной безопасности для защиты большевистской власти.

Это, кстати, тоже миф, который не имеет ничего общего с реальной историей.

Причины популярности

Городская легенда как симптом или лекарство

Городские легенды работают как художественные произведения. За основу в них берутся исторические события, которые затем реконструируются. Это упрощённый медиум, он работает на всех, и, чтобы его передать, не нужно обладать особыми навыками или иметь доступ к закрытым материалам. Люди объединяются, обсуждая эти события, делятся опытом и социализируются.

Отчасти это история коллективных травм. Вспомним легенды о доме Берии. Одна из них гласит, что в подвалах особняка были найдены останки женщин — жертв наркома, а их голоса — вместе со звуками шагов Берии — слышны до сих пор. Другая легенда утверждает, что в стенах дома замурованы несметные сокровища, спрятанные владельцем на случай падения режима.

«Все боялись режима и того, что он может сделать. После распада СССР у людей осталась коллективная травма от пережитого опыта. С помощью подобных баек и анекдотов люди переосмысляли этот опыт и передавали его дальше».

В камерах «дома обреченных» круглые сутки горел слепящий электрический свет, а узники жили в вечном, парализующем ожидании смерти. Мéста для арестантов катастрофически не хватало, поэтому в тюрьмах надстраивали этажи, а прогулочные дворы оборудовали прямо на высоких крышах. В народе тогда родилась загадка: «Какое здание самое высокое в Москве?» — «На Лубянке: с его крыши видно Колыму».

Именно в этих стенах рождались жуткие истории и легенды. Мало кто знает, что Дзержинский стал Железным Феликсом отнюдь не из-за стойкости духа: однажды в окно его кабинета влетела граната, и глава ВЧК чудом спасся, юркнув в огромный стальной сейф.

Но если начальству везло, то узникам нет. Один из домов на Большой Лубянке прозвали «кораблём смерти» за тёмный полуподвальный зал, напоминавший трюм. Расстрельные команды работали там круглосуточно. Людей раздевали на морозе до белья и ставили к стенке прямо во дворах или в бывших банковских хранилищах. Выжившие вспоминали леденящие душу картины, когда по весне тающий снег стекал в канализационные люки потоками человеческой крови.

Этот кровавый конвейер навсегда отравил атмосферу района. Старожилы бывших расстрельных переулков до сих пор часто жалуются на внезапные приступы необъяснимой паники, удушающей тоски и тяжёлой депрессии. Исследователи аномалий называют эти места геопатогенными зонами с мощным «некротическим полем» — словно тени убитых в подвалах людей до сих пор бродят по улицам, вытягивая силы из живых. Сегодня об этих мрачных страницах истории напоминает лишь Соловецкий камень в сквере на Лубянской площади.

Ещё один пример — легенды о Лубянке. В 1918 году, с переездом ВЧК в Москву, некогда спокойный район превратился во внушающий ужас лабиринт застенков. Чекисты занимали одно здание за другим — так, бывшее страховое общество «Россия» москвичи со страхом окрестили «Госужасом».

«Такие легенды работают как когнитивные искажения и конспирологические теории. Несмотря на век интеллектуализма, когда у каждого есть доступ к информации, в это продолжают верить.

Во-первых, так люди ощущают свою причастность к чему-то закрытому. Они одновременно отгораживаются от всего мира и оказываются в тесном кругу единомышленников. Например, те, кто верит во внеземной разум и контакт с ним, общаются в своих группах, социализируются и чувствуют себя выше других, ведь им „открылась истина“.

Во-вторых, в тяжёлые времена, когда мир рушится, конспирология даёт иллюзию контроля. Очень страшно осознавать, что какие-то тревожные события могут происходить бесконтрольно. Намного проще поверить, что есть некий масонский заговор и всё кем-то придумано. Это обесценивает сложные взаимоотношения человека с миром, но даёт понятную картину: я знаю о тайных правительствах, я хранитель истины».

Ощущение причастности

Городские легенды создают иллюзию, что мы заглядываем за закрытые двери и знаем больше, чем нам положено. Это роднит их с теориями заговора. Сразу вспоминаются шприцы, заражённые СПИДом. Это ещё одна легенда, которая появилась в советское время и дожила до наших дней. Мы уверены, что вы встречали её в группах сети «ВКонтакте» в 2000–2010-х годах.

Городские легенды становятся частью истории и колорита города

Если сравнивать популярные мифы о Питере и Москве, сразу становится понятно, в какой период город был столицей. Петербурские легенды чаще рассказывают о дворцовых призраках XIX века, московские — о Лубянке, репрессиях и метро.

Говорят, что под землёй есть таинственная секретная линия, существующая параллельно с гражданским метро. Это не просто сеть тоннелей, а целый город с улицами, площадями и жителями.

А ещё под землёй часто видятся странные силуэты и слышатся звуки. Известно, что строительство тоннелей часто шло на территориях крупных кладбищ. Станция «Марьина роща» находится на месте Лазаревского, между «Пионерской» и «Филёвским парком» раньше было Мазиловское. А в районе станции метро «Сокол» хоронили погибших солдат и расстреливали политзаключённых. Неупокоенных душ там немало, и все они вряд ли дружат, поэтому кошмарить столичное население — единственное развлечение.

Но призраки остались не только от советских времён. При строительстве тоннеля от улицы Герцена до Калининского проспекта рабочие наткнулись на руины Опричного замка Ивана Грозного. По одной из версий, во времена опричнины в подвалах замка пытали людей. Строители метрополитена, которые помогали археологам на раскопках, рассказывали о кошмарах и галлюцинациях: люди видели кровь, сочившуюся из-под земли, и слышали страшные крики. В этих тоннелях происходили необъяснимые вещи. Однажды бригадир упал в шахту, а спустившиеся ему на помощь рабочие никого не нашли. Тело бригадира было найдено в другом тоннеле через несколько дней.

А что происходит на станциях-призраках? Так называют недостроенные или закрытые станции; их можно увидеть из окна проходящего поезда. На картах метро их тоже нет. Например, станция «Советская» между «Театральной» и «Маяковской», которая так и не открылась. Из-за того что проект был засекречен, о станции ходило много слухов. Самая распространенная легенда гласит, что на её месте был построен сверхукреплённый бункер для подземного штаба обороны города. Похожую историю рассказывают и о действующей станции «Спартак».

Иногда городские легенды основываются на реальных событиях. Один из таких случаев — трагедия на «Авиамоторной» в 1982 году, когда обрушился эскалатор. Люди падали и зажимали друг друга в толпе. За 110 секунд погибли восемь человек и 30 пострадали. После этого люди стали слышать странные звуки и крики на этой станции.

«Я думаю, метро стало предметом легенд, потому что оно было чем-то новым. Это всегда пугает людей, как сейчас, например, искусственный интеллект или роботы-терминаторы.

Подземные поезда в первой половине XX века вызывали недоверие. Дальше на этот страх наложился исторический контекст: военные годы, бункеры, „призрачные“ станции. К тому же строительство под землей — это сложный процесс: грунтовые воды, ошибки в расчётах и при реализации проекта. Плюс ко всему это истории о замкнутых пространствах, как байки о самолётах или лифтах. Когда люди находятся взаперти, под землёй, возникает хорошая почва для мистификаций».

Юсуповский дворец

Не смотритесь в дворцовые зеркала: в них отражается страшное бородатое лицо с безумными глазами. Григорий Распутин, один из самых жутких людей того времени, не мог не оставить после себя призрака.

Васильевский остров

По легенде, по ночам здесь можно услышать или даже увидеть призраков тех, кто погиб при строительстве на острове зданий. Эта история отражает характер Петербурга. У города, построенного «на болотах», вопреки природе и здравому смыслу, просто должны быть свои призраки.

Но что там с Питером? Вот несколько мест, хранящих трагическую историю города.

Михайловский замок

Дух императора бродит по коридорам и комнатам со свечой в руках и ищет своих убийц. Особенно часто его видят в дату смерти Павла I — в ночь с 10 на 11 марта.

Канал Грибоедова

Софья Покровская, которая подала знак к началу покушения на Александра II, появляется на набережной в туманную сырую ночь в марте и машет белым платком. Увидеть её — к беде.

Новый виток популярности народные байки получили, когда появился интернет — место без цензуры и модерации, где каждый может писать всё, что он хочет. Конечно, это породило множество мистификаций.

Что интересно, в десятых годах у этих рассказов появилось настоящее сообщество, фандом. Людям нравилось читать и писать истории о жутких персонажах и рассказывать их друзьям. И, естественно, верить в них. Тогда же появился международный культурный феномен — SCP Foundation, сайт, стилизованный под портал секретной организации, которая занимается паранормальными явлениями. Пользователи оставляли на своих страницах описание объектов, которые им удалось поймать, и фантастические истории, произошедшие с ними.

Такое творчество уже отходит от концепции городской легенды, но всё ещё отражает интерес людей к жуткому и показывает, как интернет меняет наше восприятие мистификаций: теперь мы легче их определяем, при этом сознательно наслаждаемся выдуманными историями.

Пугать людей в сети в нулевых стало новым видом искусства. В играх часто встречались скримеры, а ласковое пожелание «Спокойной ночи)» могла сопровождать картинка с Джеффом-убийцей.

Лор крипипасты — именно рассказов, а не просто жутких постов — огромен. В нём много персонажей с самыми разными историями: от Бена-утопленника, связанного с компьютерной игрой «Зельда», до Слендермена, который пугал детей в лесу.

Городские легенды и интернет

«Крипипаста — первый этап перехода городских легенд в форму интернет-мема. Байки о проклятых файлах, видео, сайты, Слендермен… Старый фольклор, который передавался из уст в уста, начал вливаться в цифровую эру».