культура

Таней Никулиной разбираемся, чем нам так нравятся городские легенды и как они появляются. И, естественно, рассказываем парочку из них.

В книге «Опасные советские вещи» городские легенды определяются как «фактически ложные, но правдоподобные для рассказчика истории». В этом их отличие от обычных страшилок: «гроб на колёсиках» на улице мы не увидим (не хотелось бы), а вот чёрную машину можем.

Чаще всего такие байки передают от друзей друзьям. Люди доверяют близким, поэтому воспринимают историю как правдивую. Однако дойти до её реального источника почти невозможно, ведь она случилась с другом твоего друга.

Медиа активно размышляют и переосмысляют истории эпохи Советского Союза и начала нулевых. В подкасте «Истина где-то рядом» студии «Терменвокс» ведущие обсуждают пришельцев, теории заговоров и всё, что выглядит необычным, но оказывается рационально объяснимым. Вот что говорит продюсер проекта Таня Никулина о причинах возникновения городских легенд:

Как появляются городские легенды

«За время работы над несколькими сезонами подкаста „Истина где-то рядом“ у меня сформировалось мнение, что легенды — это своего рода мемы. Они содержат в себе культурный код времени, пересматривают и высмеивают какие-то смыслы, драматизируют то, что происходило с людьми в тот или иной период. Сейчас легенды появляются реже, потому что мы стали менее восприимчивы, а обсудить всё можно быстрее в комментариях в интернете».

>>>

Причины популярности

Городская легенда как симптом или лекарство

Городские легенды работают как художественные произведения, в которых за основу берутся исторические события и реконструируются. Это упрощённый медиум, он работает на всех, и, чтобы его передать, не нужно обладать особыми навыками или иметь доступ к закрытым материалам. Люди объединяются, обсуждая эти события, делятся опытом и социализируются.

Отчасти это история коллективных травм. Вспомним легенды о доме Берии. Одна из них гласит, что в подвалах особняка были найдены останки женщин — жертв наркома, а их голоса слышны до сих пор — вместе со звуками шагов самого Берии. Другая легенда утверждает, что в стенах дома замурованы несметные сокровища, спрятанные владельцем на случай падения режима.

Городские легенды становятся частью истории и колорита города

Если сравнивать популярные мифы о Питере и Москве, сразу становится понятно, в какой период город был столицей. Петербурские легенды чаще о призраках дворцов XIX века, московские — о Лубянке, репрессиях и метро.

Говорят, что под землёй есть таинственная секретная линия, существующая параллельно с гражданским метро. Это не просто сеть тоннелей, а целый город с улицами, площадями и своими жителями.

А ещё под землёй часто видятся странные силуэты и слышатся звуки. Известно, что строительство тоннелей часто шло на территориях крупных кладбищ. Станция «Марьина роща» находится на месте Лазаревского, между «Пионерской» и «Филёвским парком» раньше было Мазиловское. А в районе станции метро «Сокол» хоронили погибших солдат и расстреливали политзаключённых. Неупокоенных душ там немало, и все они вряд ли дружат, поэтому кошмарить столичное население — единственное развлечение.

Канал Грибоедова

Софья Покровская, которая подала знак к началу покушения на Александра II, появляется на набережной в туманную сырую ночь в марте и машет белым платком. Увидеть её — к беде.

Но что там с Питером? Вот несколько мест, хранящих трагическую историю города.

Но призраков остались не только от советских времён. При строительстве тоннеля от улицы Герцена до Калининского проспекта рабочие наткнулись на руины Опричного дворца самого Ивана Грозного. По одной из версий, во времена опричнины в подвалах дворца пытали людей. Строители метрополитена, которые помогали археологам на раскопках, рассказывали о кошмарах и галлюцинациях: люди видели кровь, сочившуюся из-под земли, и слышали страшные крики. В этих тоннелях происходили необъяснимые вещи. Однажды бригадир упал в шахту, а спустившиеся ему на помощь рабочие никого не нашли. Тело бригадира было найдено в другом тоннеле через несколько дней.

А что происходит на станциях-призраках? Так называют недостроенные или закрытые станции, их можно увидеть из окна проходящего поезда. На картах метро их тоже нет. Например, станция «Советская» между «Театральной» и «Маяковской», которая так и не открылась. Из-за того, что проект был засекречен, о станции ходило много слухов. Самая распространенная легенда гласит, что на её месте был построен сверхукреплённый бункер для подземного штаба обороны города. Похожую историю рассказывают и о существующей станции «Спартак».

Иногда городские легенды основываются на реальных событиях. Один из таких — трагедия на «Авиамоторной» в 1982 году, когда обрушился эскалатор. Люди падали и зажимали друг друга в толпе. Всего за 110 секунд погибли восемь человек и 30 пострадали. После этого люди стали слышать странные звуки и крики на этой станции.

Ощущение причастности

Городские легенды создают иллюзию, что мы заглядываем за закрытые двери и знаем больше, чем нам положено. Это роднит их с теориями заговора. Сразу вспоминаются шприцы, заражённые СПИДом. Это ещё одна легенда, которая появилась в советское время и дожила до наших дней. Мы уверены, что вы встречали её в группах сети «ВКонтакте» в 2000–2010-х годах.

В камерах «дома обреченных» круглые сутки горел слепящий электрический свет, а узники жили в вечном, парализующем ожидании смерти. Мéста для арестантов катастрофически не хватало, поэтому в тюрьмах надстраивали этажи, а прогулочные дворы оборудовали прямо на высоких крышах. В народе тогда родилась загадка: «Какое здание самое высокое в Москве?» — «На Лубянке: с его крыши видно Колыму».

Именно в этих стенах рождались жуткие истории и легенды. Мало кто знает, что Дзержинский стал Железным Феликсом отнюдь не из-за стойкости духа: однажды в окно его кабинета влетела граната, и глава ВЧК чудом спасся, юркнув в огромный стальной сейф.

Но если начальству везло, то узникам нет. Один из домов на Большой Лубянке прозвали «кораблём смерти» за тёмный полуподвальный зал, напоминавший трюм. Расстрельные команды работали там круглосуточно. Людей раздевали на морозе до белья и ставили к стенке прямо во дворах или в бывших банковских хранилищах. Выжившие вспоминали леденящие душу картины, когда по весне тающий снег стекал в канализационные люки потоками человеческой крови.

Этот кровавый конвейер навсегда отравил атмосферу района. Старожилы бывших расстрельных переулков до сих пор часто жалуются на внезапные приступы необъяснимой паники, удушающей тоски и тяжёлой депрессии. Исследователи аномалий называют эти места геопатогенными зонами с мощным «некротическим полем» — словно тени убитых в подвалах людей до сих пор бродят по улицам, вытягивая жизненные силы из людей. Сегодня об этих мрачных страницах истории напоминает лишь Соловецкий камень в сквере на Лубянской площади.

Ещё один пример — легенды о Лубянке. В 1918 году, с переездом ВЧК в Москву, некогда спокойный район превратился во внушающий ужас лабиринт застенков. Чекисты занимали одно здание за другим — так, бывшее страховое общество «Россия» москвичи со страхом окрестили «Госужасом».

«Все боялись режима и того, что он может сделать. После распада СССР у людей осталась коллективная травма от пережитого опыта. С помощью подобных баек и анекдотов люди переосмысляли этот опыт и передавали его дальше».

>>>

«Такие легенды работают как когнитивные искажения и конспирологические теории. Несмотря на век интеллектуализма, когда у каждого есть доступ к информации, в это продолжают верить.

Во-первых, так люди ощущают свою причастность к чему-то закрытому. Они одновременно отгораживаются от всего мира и оказываются в тесном кругу единомышленников. Например, те, кто верит во внеземной разум и контакт с ним, общаются в своих группах, социализируются и чувствуют себя выше других, ведь им открылась „истина“.

Во-вторых, в тяжёлые времена, когда мир рушится, конспирология даёт иллюзию контроля. Очень страшно осознавать, что какие-то страшные события могут происходить бесконтрольно. Намного проще поверить, что есть некий масонский заговор и всё кем-то придумано. Это обесценивает их собственные сложные взаимоотношения с миром, но даёт понятную картину: „я знаю о тайных правительствах, я хранитель истины“».

>>>

«Я думаю, метро стало предметом легенд, потому что оно было чем-то новым. Это всегда пугает людей, как сейчас, например, искусственный интеллект или роботы-терминаторы.

Подземные поезда в первой половине XX века вызывали недоверие. Дальше на этот страх наложился исторический контекст: военные годы, бункеры, „призрачные“ станции. К тому же строительство под землей — это сложный процесс: грунтовые воды, ошибки в расчётах и при реализации проекта. Плюс ко всему это истории о замкнутых пространствах, как байки о самолётах или лифтах. Когда люди находятся взаперти, под землёй, возникает хорошая почва для мистификаций».

>>>

«Ужас, ПРОЧИТАЙТЕ!!! В кинотеатре Комсомолец зрительница села на кресло и почувствовала боль от укола в ноге. Когда она присмотрелась увидела еле видную иголку в кресле, которая выглядывала примерно на 3-4 миллиметра, а также записку: «ВЫ только что инфицировались СПИДом».

Юсуповский дворец

Не смотритесь там в зеркала: в них отражается страшное бородатое лицо с безумными глазами. Григорий Распутин, один из самых жутких людей того времени, не мог не оставить после себя призрака.

Михайловский замок

Дух императора бродит по коридорам и комнатам со свечой в руках и ищет своих убийц. Особенно часто его видят в дату смерти Павла I — в ночь с 10 на 11 марта.

Васильевский остров

По легенде по ночам здесь можно услышать или даже увидеть призраков тех, кто погиб при строительстве расположенных на острове зданий. Эта история отражает характер Петербурга. У города, построенного «на болотах», вопреки природе и здравому смыслу, просто должны быть свои призраки.

Желающих выступать, действительно, много. Даже при том, что каждый день в Москве проходят десятки подобных мероприятий, попасть на качественный открытый микрофон не так-то просто. Качественный — это тот, где участвуют какие-то звёзды. Именитые артисты тоже выступают на бесплатных мероприятиях с начинающими комиками, чтобы проверить новый материал. Рабочие шутки потом идут в сольный концерт, который продаётся за деньги, а слабые репризы отсеиваются.

Чем выше популярность стендапа, тем больше желающих стать комиками, тем более что есть понятная точка входа в индустрию: те самые открытые микрофоны. Даже будучи начинающим комиком с улицы, можно записаться на мероприятие и получить свои несколько минут славы. Но соотношение как в футболе: играют миллионы, а звёзд — единицы.

я?

а можно

«Для новичков обычно есть система условий, — продолжает Валерия Цикун. — Он должен либо привести одного-двух гостей, либо заплатить взнос. Как правило, это около 500 рублей. Условия зависят от площадки и мероприятия. Когда комик уже зарекомендовал себя и организатор понимает, что тот рассмешит зал и это будет в плюс мероприятию, то его приглашают без условий. Начинающему комику обычно дают три-пять минут, но организаторы стараются выстраивать порядок выступлений так, чтобы новички не выходили на холодный зал. В начале и в конце ставят более опытных комиков, потому что первый раз выступать и так сложно, а если ещё и нет реакции публики, то это может совсем демотивировать».

>>>

«Комиков сейчас много, — говорит Валерия Цикун, администратор Moscow Improv Club, где учат стендапу и импровизации. — Многие стремятся заниматься стендапом, видят в этом перспективу, и мы часто слышим вопрос: „Когда я начну зарабатывать?“ Надо готовиться к тому, что первое время это будет делом для души. Нужно очень любить комедию, чтобы заниматься ею. Но если ты готов много работать над собой и оттачивать шутки, то обычно это приносит результаты. Конечно, в стендапе высокая конкуренция, но это нормально, когда наверх пробиваются сильнейшие».

>>>

«Конкуренция очень высокая, но пробиться и стать условной звёздой сейчас всё же проще, чем раньше, — рассказывает Александр Копчёнов. — Потому что есть рилсы, шортсы, тикток — платформы, которые от тебя ничего не требуют. Если это смешно, алгоритмы сами подберут аудиторию. Если ты регулярно делаешь такие видео, то у тебя может набраться под сотню тысяч подписчиков. С такой аудиторией ты уже можешь собирать свои концерты и ни от кого не зависеть».

>>>

попробовать себя

где

CoYC (Comedy of Your City)

Объединение комиков, делающее ставку на регулярные открытые микрофоны и внутреннюю динамику сообщества. Здесь часто пробуют нестандартные форматы и экспериментируют с подачей.

Клуб комедии

Проводят открытые микрофоны на разных площадках, состав участников постоянно обновляется, но при этом есть постоянное ядро комиков. Формат гибкий, без жёсткой стилистической рамки, хорошее место для первых шагов.

Moscow Improv Club

Здесь обучают стендапу и импровизации, регулярно проводят открытые микрофоны и смешанные форматы. Вечера проходят в живой, подвижной атмосфере, где важна реакция зала и умение быстро реагировать на шутки.

Стендап выделяется тем, что в этом жанре комики чаще шутят над собой. Это, как правило, рефлексия и самоирония. И не стоит думать, что это только для молодых. Если посмотреть на популярных стендаперов, то это, как правило, люди тридцать плюс, а то и за сорок.

Надо понимать, что быть шутником в своей компании и выступать на сцене перед незнакомыми людьми — это не одно и то же. Как и в любой профессии, здесь есть свои секреты и правила. Ну, и чувство юмора — оно как будто имеется не у всех. Но комедии можно учиться, как и любому другому ремеслу. Результат, конечно, не гарантирован. Как всегда: талант, помноженный на старание.

научат!

Пусть меня

«Задатки и чувство юмора, конечно, могут быть или не быть, — говорит Валерия Цикун, администратор Moscow Improv Club. — Обучением не привить чувство юмора — оно нужно для того, чтобы объяснить структуру шуток и монолога. Это как огранить бриллиант. Обучение помогает избежать типичных ошибок новичка, когда человек долго выступает и не понимает, почему шутки не работают, хотя в жизни он смешной. Сцена устроена иначе, нужны чёткие формулировки и панчи. Например, панч должен стоять в конце, чтобы вызвать смех. Этому и учат. При этом я видела людей, которые казались „душными“ по жизни и не шутили, а потом в какой-то момент раскрывались».

>>>

Тем не менее шутка имеет свойство сгорать, и зритель всегда ждёт что-то новое. Поэтому комики, которые хотят гастролировать, должны перед каждым туром писать новый материал. Проехались с одним концертом, потом выкладывают его в сеть. Это называется «спешел» (special), и если он набирает просмотры, то служит рекламой следующих туров.

Но с этим концертом по городам уже не поедешь, потому что люди его только что посмотрели. Комики обычно живут по принципу «один концерт выложил в сеть, а второй уже наготове для новых гастролей». Чтобы не терять актуальность для зрителей, комики стараются чаще ходить на разговорные ютуб-шоу, где они влюбляют в себя аудиторию, но при этом не раскрывают шутки со своих концертов.

Как говорил Юрий Лоза, новые песни пишут те, у кого старые плохие. С комедией немного иначе. Человек может несколько раз пересмотреть рилс, катаясь по полу, но вряд ли дважды заплатит за концерт с одной и той же юмористической программой. И чем дальше в регионы, тем выше для комика вероятность повторно встретить одного и того же зрителя.

в одну шутку

Два раза

«В Москве ёмкость аудитории и число площадок настолько высоки, что если это не сольный концерт, а сборное выступление, то количество людей, которые видели твой материал, минимально, — говорит Александр Копчёнов, руководитель StandUp Msk. — Поэтому большинство комиков рассказывают плюс-минус одно и то же, периодически меняя что-то по своему усмотрению. Есть ребята, которые выступают пять-семь раз в неделю с одним и тем же материалом. Люди ротируются. Большая часть аудитории — не фанаты стендапа, для них это просто вид развлечения. Кто-то ходит раз в месяц, кто-то чаще. Я тоже не фанат театра, но при этом раз в пару месяцев могу сходить на спектакль».

>>>

Если задуматься, то начиная с 2020 года, когда весь мир накрыла пандемия коронавируса, жизнь становится только сложнее. Стендап-комикам, которые живут тем, что шутят на самые острые темы, приходится оценивать возможные последствия и сильно фильтровать то, что они говорят. Но при всех рисках популярность жанра только растёт, а комики продолжают шутить.

Не до

смеха

«Стендап развивается волнообразно, — продолжает Александр Копчёнов. — Сначала как что-то новое, интересное был популярен телевизионный стендап. Потом все от этого устали, и начал набирать обороты стендап в интернете, где можно было шутить на все темы без цензуры. Но сейчас уже и в интернете надо подбирать слова. Есть очевидные вещи, о которых шутить стало сложнее».

>>>

При всём этом стендап остаётся очень доступной сферой для тех, кто хочет попробовать себя в комедии. Двадцать лет назад был только один путь, КВН, а это многократно сложнее. Нужно собрать команду, зарегистрироваться в какой-то лиге КВН, долго репетировать, и всё равно выступать получится в лучшем случае один раз в два месяца. А здесь можно просто написать шутки, выйти с ними на сцену и тут же получить реакцию зрителей.

«Главное, чтобы стендап не стал чем-то, о чём говорят: „Ой, только не это“, — завершает Александр Копчёнов. — Я надеюсь, что жанр будет эволюционировать, развиваться, а у зрителей сохранится интерес».

>>>